Абдулла Гюль не считается диссидентом. Бывший президент Турции упустил много возможностей, восстать против своего коллеги по партии и преемника Реджепа Тайипа Эрдогана: протесты в парке Гези и расследования по обвинению в коррупции в 2013 году, разногласия из-за интернет-цензуры в 2014 году.


После ухода с поста президента в 2014 году, Гюль фактически ушел из политики. Но за несколько дней до конституционного референдума 16 апреля, надежды консервативной оппозиции в Турции снова сосредоточились на нем.


До сих пор Гюль публично не высказывался ни в пользу, ни против президентской системы, которая объединила бы всю власть в государстве в руках Эрдогана. Но 1 апреля он демонстративно держался в стороне от митинга правящей партии ПСР в своем родном городе Кайсери.


В государстве Эрдогана, в котором теперь редко открыто противоречат президенту, такое поведение уже считается оскорблением. Приближенные к правительству СМИ обругали Гюля, назвав его «предателем». Его молчание показывает, насколько противоречивым является предполагаемое изменение конституции в Турции.


Хотя Эрдоган создает впечатление, будто весь народ за него. Его митинги напоминают религиозные мессы; в прошлую субботу в Стамбуле сотни тысяч людей приветствовали его. Но под поверхностью все клокочет.


По меньшей мере, 50% турок выступают против Эрдогана. Они считают его деспотом. И даже среди его сторонников растет сопротивление. Экс-президент Гюль считается тактиком. Он вряд ли выступал бы против Эрдогана, если бы не рассчитывал, что 16 апреля большинство скажет «нет».


Эрдоган связал свое политическое будущее с результатом референдума. Новая система предоставит ему полномочия, которых не было даже у основателя Мустафы Кемаля Ататюрка. Он сможет назначать министров, а также 12 из 15 конституционных судей, и распустить парламент по собственному желанию. Пост премьер-министра будет устранен. Эрдоган заявил, что реформа необходима для того, чтобы обеспечить стабильность и процветание.


Мустафа Шентоп, заместитель главы ПСР и председатель конституционной комиссии в парламенте, сравнивает Турцию с автомобилем: в течение многих десятилетий, страной управлял не только водитель, правительство, но и пассажир — армия. «Мы хотим навсегда убрать пассажира», — сказал Шентоп иностранным журналистам в Стамбуле.


Перед голосованием Эрдоган прибегнул к помощи всего государственного аппарата, полиции, юстиции, администрации. Тем не менее, исход выборов остается открытым. Опросы общественного мнения существенно отличаются. Некоторые социологи считают, что лагерь противников перехода на 5 процентных пунктов впереди.


«ПСР, в отличие от предыдущих избирательных кампаний, не может разжечь никакого энтузиазма, — говорит турецкий социолог Кемаль Озкираз. — Ей не хватает аргументов, чтобы убедить людей в необходимости изменения конституции».


Когда-то Эрдоган представлялся реформатором. В начале своего пребывания на посту премьера в 2003 году, за ним был большой альянс из кадров исламистского движения «Милли Горюс», умеренных мусульман, либеральных противников турецкого военного режима.


Но на своем долгом пути к самодержавию, Эрдоган жертвовал союзниками. ПСР, некогда гордая народная партия, выродилась в субсидиарного агента президента. Для независимых умеренных сил в ПСР больше нет места.


Не только Гюль, но и бывший премьер-министр Ахмет Давутоглу и его заместитель Бюлент Арынч дистанцировались от Эрдогана. Из 50 основателей ПСР осталось меньше половины. Программа партии теперь определяется радикальными силами, такими как Мелих Гёкчек, мэр Анкары.


Гёкчек управляет турецкой столицей в течение 23 лет. Он был членом различных партий, прежде чем вступил в ПСР. Гёкчек нападает на активистов оппозиции и журналистов в Twitter. Он утверждает, что экс-президент США Барак Обама создал ИГ (террористическая организация, запрещенная на территории России, — ред.), а иностранные державы вызывают искусственные землетрясения в Турции.


Гёкчек, сродни Эрдогану, считает, что Турцию окружили враги: путчисты движения Гюлена, террористы РПК. Европа оставит в беде турецкое правительство в борьбе с терроризмом. «Вы называете себя демократами», — говорит он в интервью журналу Spiegel. «Но вы запретили въезд нашим министрам».


Турция, по мнению Гёкчека, в течение многих лет работает над тем, чтобы стать членом ЕС. Но Брюссель постоянно отвергает страну. «Мы вам не нравимся. Вы жестоко с нами обращаетесь». По его словам, иностранные СМИ, такие как Der Spiegel, освещают события предвзято. «Вы оскорбляете Эрдогана, называя его диктатором. Почему? Турецкое правительство подчиняется воле народа».


Эрдоган выразил схожее мнение во время своего выступления. Он ругал европейцев, называл их «фашистами», «пособниками террористов», «расистами», и угрожал провести референдум по вопросу отмены переговоров о вступлении в ЕС. ПСР, как и Турцию, президент представляет в роли жертвы. Его лозунги против Европы должны мобилизовать националистических избирателей.


Разочарование в партии


Верхушка ПСР по-прежнему рассчитывает на победу на референдуме. У нее нет плана Б на случай поражения. Поэтому, считают наблюдатели, вероятен такой сценарий: если большинство турок 16 апреля проголосуют против президентской системы, Эрдоган объявит новые выборы, чтобы таким образом обеспечить себе две трети в парламенте, требуемое большинство для изменения конституции.


Но существует и вероятность того, что критики Эрдогана выступят против президента. В ПСР накопилось разочарование. 16 апреля может стать днем, когда Абдулла Гюль, вечный канительщик, все-таки решится выйти из тени.