Не дай бог кому-то заняться с императором сексом, пусть и всего лишь на киноэкране. В столетний юбилей коммунистической революции 1917 года, спустя долгие годы, в течение которых открыто восторгаться династией Романовых позволяли себе лишь немногие, Николай II стал привлекательнее Ленина. В группах фанатичных «обожателей царя» обсуждаются планы воскрешения российской монархии на отдаленных атоллах Тихого океана, мироточащие, как богоматерь, статуи и фильм, рискующий оказаться в опале, потому что в нем демонстрируется личная жизнь Николая II. Отдельные энтузиасты даже требуют восстановить в России монархию, поставив во главе Путина.


Сто лет назад, 2 марта 2017 года по Юлианскому календарю (15 марта — по григорианскому), за неделю до февральской революции Николай II под давлением народа, парламентской оппозиции, своих министров и армии отрекся от престола. Это стало концом империи и династии Романовых в России после 300 лет нахождения у власти. Временное правительство возглавил князь Львов. 17 июля 1918 года всю семью императора казнили в Екатеринбурге.


В советское время любое восхваление дореволюционной России было под запретом, в школьных учебниках последний царь стал именоваться «Николаем кровавым». Однако в путинскую эпоху он оказался реабилитирован, став не просто объектом ностальгии, но и символом сильной власти. В 2000 году Русская православная церковь канонизировала его, и теперь он почитается как святой. У того, кто оскорбит его, могут возникнуть проблемы. Как, например, у режиссера Алексея Учителя, чей новый фильм «Матильда» вызвал скандал еще до ожидаемого в октябре выхода на киноэкраны. В нем рассказывается история балерины Кшесинской, и в одной из интимных сцен героиня представлена с обнаженной грудью. Православные активисты сообщества «Святая Русь» вместе с депутатом Госдумы от республики Крым Натальей Поклонской выступили с требованием запретить фильм из-за содержащейся в нем «порнографии и антипатриотизма». Активисты движения угрожают сжигать кинотеатры, показывающие «Матильду». По мнению церкви, фильм представляет собой угрозу «святости» царя-великомученика. Не говоря уже о том, что воплощает его образ немецкий актер.


Имеют место и паранормальные феномены: несколько дней назад та же Поклонская, возглавляющая группу «обожателей царя», в интервью на телеканале «Царьград», принадлежащем олигарху Константину Малофееву (который также является страстным монархистом и основал в Москве школу, готовящую молодых людей к «неизбежному возвращению» царского режима в России) заявила, что статуя Николая II в Симферополе, столице Крыма, возведенная по ее распоряжению в октябре прошлого года наряду с часовней, «замироточила»: «Это чудо. Значит, сто лет назад царская семья погибла, чтобы Россия стала великой и процветала». Инцидент вызвал бурное веселье в блогосфере, где появились отредактированные фотографии памятников Ленину, Сталину и другим советским лидерам, плачущих кровавыми слезами. Даже в патриархате РПЦ, создавшем специальную комиссию по расследованию этого факта, отрицали чудо.


«Царемания» заразила даже оппозицию. Григорий Явлинский, лидер либеральной партии Яблоко, выступил в защиту мемориальной таблички в честь неоднозначно оцениваемого адмирала Колчака, возглавлявшего белое движение во время Гражданской войны в России. Инициатором установки в Санкт-Петербурге мемориальной доски стало движение «Белое дело». После протестов коммунистов власти города намерены демонтировать ее.


В новых книгах о 1917 годе рассказывается с точки зрения царского режима. Так, были опубликованы прежде не издававшиеся записные книжки Дмитрия Дубенского, генерал-майора армии Николая II. Книга называется «Революция, или как произошел государственный переворот в России». «Сто лет без царя» — с такой обложкой вышел последний номер журнала «Историк». Даже историки левого толка, например, Леонид Кацва, задаются вопросом: «Что бы было в России, если бы царь не отрекся от власти? Была ли возможность спасти монархию от краха?»


Рекордное количество людей посещает выставки, превозносящие славу Романовых. Акцент делается на стабильности и авторитаризме, высказывается критика в адрес оппозиционных сил. Это — отражение сегодняшней идеологии Кремля, путающей вместе советскую и царскую символику, чтобы подчеркнуть свою легитимность. «Путин неоднозначно относится к царизму, — объясняет нам историк Дмитрий Рублев. = Именно поэтому 1917 год — очень неудобный юбилей: ведь он связан с уничтожением политической и экономической системы царской России, служащей вдохновением для существующего государства. Власть ограничивается определением 1917 года как «трагического периода». Однако упор делается на идеализации царской России: консерваторы (а их много) считают, что без революции Россия одержала бы победу в Первой мировой войне. Даже либеральные диссиденты сочувствуют белому движению».


Как свидетельствует проведенный недавно опрос, количество россиян, которые бы хотели, чтобы в России была монархия, в последние десять лет выросло с 15% до 25%. Некоторые политики с энтузиазмом поддерживают идею возвращения на родину потомков династии Романовых. Путин, торжественно открывший в 2014 году рядом с Кремлем памятник Александру I — царю, одержавшему победу над Наполеоном — дорожит дружбой с великим князем Георгием Романовым, наследником императорской семьи, посетившим Крым в 2015 году после его аннексии: отсюда его знатные предки бежали от революции, а в этом году там будет возведен памятник 1917 году, символизирующий «Национальное примирение».


Сейчас Российский императорский дом хотел бы добиться официального признания, что он является частью «исторического наследия» России. В январе протоиерей Всеволод Чаплин заявил, что Москва должна восстановить монархию, назвав Путина императором, или вернуть в Россию Романовых: «Россия — страна с монархическим менталитетом. Мы не понимаем России без царя. Но этот царь должен принимать советы народа, поэтому очень важно, чтобы была нация».