Статья опубликована в газете The New York Times NYT 18 марта 1917 год.

 

Война проложила путь русской революции, поскольку именно она склонила армию на сторону народа, полагает госпожа Мириам Финн Скотт, супруга Лероя Скотта (Лерой Скотт (1875-1929) — американский писатель, сценарист — прим. пер.). Госпожа Скотт, уроженка России, долгое время жила в этой стране и сохраняла тесные связи с революционным движением. Она была свидетельницей восстания, назревавшего внутри России. Кроме того, тяжелая рука прежнего режима коснулась и ее семьи — родной брат был заключен в тюрьму за революционную деятельность.


«Нынешняя революция — одно из самых значительных событий в истории», — воскликнула вчера г-жа Скотт, когда ее попросили рассказать о России. «Теперь мы и все, кто чувствовал приближение революции, хотим кричать от восторга: „Мы же вас предупреждали!" Когда в Европе началась война, мы верили, что она даст революционерам возможность реализовать свою программу. Однако мало кто воспринимал наши слова всерьез, многие возражали: „Это невозможно. Русский народ умирает". Но нам было виднее. Мы знали, что наш народ не умер, — при первой же возможности он оживет. И народ ожил».


«Для наступления революции должны были появиться именно такие условия, как сейчас, поскольку народные массы до сих пор не могли прибегнуть к помощи армии. Покуда армия состояла из военного сословия, которое служило правителям страны, она выступала против народа, всячески его притесняя. Однако с началом войны, армейские ряды стали пополняться людьми из простого народа, которые принесли с собой революционный дух. И они распространили его среди солдат. Кроме того, при царском правительстве небывалые страдания выпали на долю солдат. Они вскоре осознали, что от властей им ждать нечего. Единственную свою надежду они возложили на Думу. У них появился революционный настрой — и революция теперь была неизбежна».


«Однако в настоящий момент американцы должны понять, что Россия не сможет в одночасье стать совершенной. У революционного духа в России множество оттенков, среди революционных сил существует множество группировок, но все они объединились, дабы заложить первый камень, необходимый для продвижения в сторону реформ, для свержения царя и его семьи. Но как только это будет сделано — как только будет сделан первый решительный шаг — придет время заняться преобразованиями. Возможно, это время настанет после окончания войны, но оно настанет. Вот тогда и проявят себя разногласия среди революционеров. Нынешняя революция может стать причиной других революций: без всякого сомнения, мы еще увидим недовольство среди реформаторов и отчасти хаос, который может воцариться надолго — и на двадцать пять и на пятьдесят лет. Географические условия, характерные для России, несовершенная железнодорожная инфраструктура, нехватка школ, неграмотность — все эти и многие другие факторы в своей совокупности лишь будут увеличивать неразбериху».


«Но не сомневайтесь, Россия способна триумфально пройти сквозь период преобразований, ведь у русского народа имеются для этого все необходимые качества. По сравнению с другими народами, русские обладают величайшим духовным и социальным богатством. Да, у них высок уровень неграмотности, но не невежества — а это не одно и то же. Тех, кто не умеет читать и писать, вдохновляют жизненный опыт и высокие цели».


«В Америке наблюдаются лишь редкие проблески подлинной духовности, похожей на русскую. Некоторые авторы отчасти смогли пролить свет на этот вопрос, однако в Америке никто даже и мечтать не может о том великом богатстве, которым обладает русский народ. У России уже имеются великие достижения в искусстве — живописи, поэзии, прозе и музыке, однако у этой страны намного более мощный потенциал».