Заходит принц, он точно знает, что нужно делать. Сначала подойти к иконе. Она выставлена посередине церкви на высоте груди, на полотне золотого цвета, обрамленная композицией из красных, белых и розовых тюльпанов. Ганс-Георг Юрьевский крестится по русской православной традиции. Он складывает вместе большой, указательный и средний палец, ведет их сначала ко лбу, животу, к правому, а затем к левому плечу. Целует икону и направляется к Распятию. Он целует ноги Иисусу, зажигает тонкую свечу и ставит ее на массивный серебряный подсвечник.


Юрьевский закрывает глаза, стоит прямо, глубоко задумавшись, — высокий мужчина в полосатом костюме, светлой рубашке и с изысканным синим платком на шее. Он как раз вспоминает другого князя, Дмитрия Романова, несколько недель назад ушедшего из жизни в Дании. Юрьевский присутствовал на его похоронах, они были знакомы.


Он часто бывает в русской православной церкви. Она находится на небольшой улице недалеко от университетского квартала Цюриха. По соседству — русский детский сад, напротив — солидные старинные особняки. Три года назад здесь он связал себя узами брака. В тот день священник возложил на него и его жену золотые короны. Небольшой видеоролик об этом событии можно найти в интернете, а тех, кто не слишком хорошо знаком со свадебным ритуалом русского православия, обряд с короной может натолкнуть на неверные мысли. Поскольку Юрьевский является правнуком Александра II, он — последний ныне живущий правнук русского царя. Однако возложение короны было обычным символом венчания.


Раньше он руководил IT-компаниями, а сейчас продает дорогую недвижимость, в том числе и русским


В новой России снова стали часто вспоминать о старых царских временах. Устраивают выставки, открывают новые музеи, планируют памятные торжества. Ровно сто лет прошло с тех пор, как в ходе февральской революции 1917 года последний русский царь Николай II был вынужден отречься от престола. А вместе с ним с престолом распрощалась одна из величайших европейских династий, имевшая родственные связи со всей аристократией континента.


Более 300 лет Романовы правили в России, вели войны и расширяли империю, заключали союзы и переживали восстания. Это было время нищеты и возрожденного великолепия, голода и благородства, элегантных балов и изнурительных боев за земельные реформы, время национализма и набожности. Династия Романовых воплотила в себе всю авторитарную власть империи, триумфы и трагедии. Затем последовало столетие без царской власти, начавшееся с гражданской войны и рождения Советского Союза, отвергавшего церковь.


Потомки большой семьи Романовых тогда разлетелись по всей Европе и даже миру. 55-летний Юрьевский вырос в Граубюндене. Будучи швейцарцем, он имеет российскую долгосрочную визу на 3 года.


Юрьевскому было чуть больше 30 лет, а молодой России — всего 6, когда в 1997 году, впервые после распада СССР, в Санкт-Петербурге встретились 15 потомков Романовых. Историческое воссоединение семьи. На пыльном чердаке летней резиденции царя Юрьевский увидел, как снова приоткрылась дверь в мир монархов, один из сотрудников показал ему стопки не внесенных в реестр картин, десятки лет пролежавших скрытыми от человеческих глаз. На одной из них изображен Александр II во время болезни. Когда вскоре в восстановленной церкви Спаса на Крови он стоял ровно на том месте, где в 1881 году убили его прадеда, из глаз его потекли слезы. Все, кто при этом присутствовал, сочли этот момент крайне трогательным. Блеск царской эпохи, отраженный в воспоминаниях. Это еще одна причина, почему Юрьевский, князь из Швейцарии, так сильно привязан к России.


Он раздал в российские музеи фарфоровые тарелки из фамильного серванта, откопал в петербургских антикварных магазинах старинные иконы и отдал их русской церкви, которой он также помогает советом и пожертвованиями. Юрьевский является членом попечительского совета Европейского университета в Санкт-Петербурге. Своими успехами он обязан, конечно же, не только своему происхождению. На протяжении 18 лет он был руководителем IT-компаний, а сейчас продает дорогую недвижимость и предметы искусства. В том числе и клиентам из России.


На его визитной карточке под фамильным гербом изогнутыми буквами написано Prince & Princess George Yurievsky (Князь и княгиня Юрьевские). «Гордость — очень претенциозное слово, — говорит он. — Наверняка я гораздо чаще других сталкиваюсь с прошлым, мне хорошо знакома моя родословная». Очень хорошо. На левой руке он носит золотой перстень с печаткой, на которую по заказу Юрьевского нанесли фамильный герб — российского двуглавого орла Александра II и грифа Романовых.


Российское руководство тоже помнит о своих исторических корнях. И умеет использовать их в нынешнее непростое время, когда отмечается юбилей революции. Ведь революционеры прошлого были героями на протяжении десятков лет, а в последнее время в России принято ностальгировать по советским временам; с другой стороны, революционный переворот не является тем, что упивающийся своей властью Кремль хотел бы сейчас превозносить и расхваливать. Поэтому Москва пытается как бы соединить «лучшее из истории» — давнюю гордость за царскую Россию и ностальгию по советской эпохе. Во всяком случае, Москва нашла кое-что подходящее для нового патриотизма.


В октябре, незадолго до смерти Дмитрия Романова, председатель правительства Дмитрий Медведев вручил ему орден Александра Невского. Премьер-министр напомнил о том, что Романовы несколько поколений подряд служили России и принимали «важнейшие для государства решения». На протяжении нескольких веков они также обеспечивали страну царями. Когда в Новый год в возрасте 90 лет умер Романов, президент России Владимир Путин отправил его вдове особую телеграмму. Он назвал Романова «настоящим патриотом России», который на протяжении всей своей жизни «хранил неразрывную духовную связь с Отечеством».


Российскому правительству пришелся по душе летний визит Романова в аннексированный Крым, а также его пафосная фраза во время церемонии в симферопольском аэропорту о том, как тяжело ему, находясь здесь, говорить о своих эмоциях. И о том, что его просто-напросто не интересует то, «что говорят в мире». Ганс-Георг Юрьевский рассуждает похожим образом. Он говорит, что «исторически Крым был русским». Но с точки зрения международного права сейчас он принадлежит Украине.


Россия для него является неким обязательством, своего рода предметом тоски. Юрьевский, сам себя считающий религиозным человеком, питает любовь к родине своих знаменитых предков, однако русским языком он владеет лишь на начальном уровне, хотя и пытался трижды начать его интенсивное изучение. С тех пор, как Запад ввел антироссийские санкции, его визиты в Россию стали значительно короче. Два-три месяца пребывания в стране в год превратились в две-три недели. Отлично заметно его раздражение по этому поводу. Введение санкций отразилось и на его бизнесе, поскольку то одному, то другому клиенту не дают въехать в Европу, чтобы осмотреть недвижимость, либо блокируют их счета. Он говорит, подавляя сильное чувство обиды: «Мне жаль, что нейтральная Швейцария, участвуя в политике санкций Евросоюза, проявляет недостаточно твердости».


Неужели он хранит в себе столько русского наследия, столько России, что чувствует себя обязанным оправдывать политику этой страны? Кажется, да. Два года назад Юрьевский был одним из первых подписавшихся под обращением к лидерам Европы князей и других аристократов. Обращение носило название «Солидарность с Россией в час украинской трагедии». Юрьевский оправдывает присоединение Крыма — «быстрое и профессиональное принятие Россией решительных мер». А когда в качестве контраргумента приводят нарушенное Россией международное право, он раздраженно спрашивает, а когда же США придерживаются норм международного права.


Конечно, нашлось кое-что, что не нравится даже правнуку царя Александра II. То, что многие россияне тоскуют по Советскому Союзу, а серп и молот на красном фоне снова необычайно популярны, Юрьевский еще может понять. Хотя, в конце концов, этот символ возвеличивает тех, кто когда-то избавился от монархии. «Не так-то просто стереть из памяти 70 лет, — говорит он. — Ведь многих россиян воспитали советские родители». Но вся эта новомодная шумиха вокруг диктатора Сталина, который в настоящее время становится все более популярным, очень ему неприятна. «В истории Сталин предстает перед нами в ложном, слишком положительном образе».


Как именно в России отметят 2017 год, богатый на исторические события, все еще неясно, хотя он уже давно наступил. Осталось еще порядка десяти дней, и завершится столетие февральской революции. Безусловно, по этому случаю будут устраивать празднования, например, в Екатеринбурге и Санкт-Петербурге. Но устраивать их будут церковь, музеи, различные фонды. Состоится ли официальное торжество, как в 1998 году, совершенно неясно.


Юрьевский подозревает, что, вероятно, ничего подобного проводить не будут. «У меня такое впечатление, что в России скорее спокойно отнесутся к этому событию», — говорит он. Путин понимает, что может отдать должное странице из истории рода Романовых, главе о великой державе и достоинстве. Но президент — не романтик, он знает точно: не наберется и 10% россиян, которые пожелали бы возвращения монархии.