В субботу патриарх Московский и всея Руси Кирилл начинает впервые в новейшей истории России визит главы Русской православной церкви в Великобританию.

Этот визит может быть частью стратегии России по продвижению «мягкой силы», отмечает один из ведущих лекторов по теме религии в Оксфордском университете, профессор Питер Петкофф. О том, почему этот визит происходит именно сейчас и чего от него ожидать, ученый рассказал в интервью Русской службе Би-би-си.

С Питером Петкоффым беседовала корреспондент Русской службы Би-би-си Ольга Ившина.

Встретится ли патриарх с королевой?

— Москва анонсировала встречу патриарха Кирилла с королевой Великобритании и архиепископом Кентерберийским. Насколько она вероятна?

— В такой встрече нет ничего особенно необычного, поскольку это протокольный момент. Королева является главой Англиканской церкви, а архиепископ Кентерберийский — самый старший священнослужитель в церковной иерархии.

— Можно ли при этом смотреть на этот визит и в более широком политическом контексте?


— Можно и нужно. В последние 20 лет деятельность РПЦ за рубежом так или иначе связана с внешнеполитическим курсом России. Если внимательно посмотреть на то, как московский Патриархат анонсирует этот визит, очевидно, что Москва рассматривает это как попытку навести мосты. Митрополит Илларион [глава синодального Отдела внешних церковных связей] говорил о связях двух великих стран, отношения между которыми сейчас осложнились. И это ясно говорит о том, что это не только чисто церковный визит.

«Попытка использовать мягкую силу»

— Можно заметить, что есть свидетельства того, что внешнецерковный отдел РПЦ и МИД пытаются работать синхронно уже на протяжении продолжительного времени. Существует целая рабочая группа по взаимодействию РПЦ с МИДом России.

Церковные дипломаты и мидовские дипломаты регулярно встречаются и обсуждают совместную стратегию для достижения того, что они считают национальными интересами России.

Позиции российских властей и РПЦ по чувствительным вопросам четко координируются. Это видно на примере Сирии, Украины и других тем. Можно вспомнить, что патриарх немало сделал для восстановления отношений России с Грузией после вооруженного конфликта 2008 года.

Так что этот визит в Лондон вполне может оказаться попыткой России использовать мягкую силу в момент, когда британский МИД делает очень жесткие заявления в отношении Москвы в парламенте.

— А чем этот визит интересен британской стороне?

— Все-таки патриарх — это очень высокая фигура. Он глава самой многочисленной православной церкви в мире. Более того, РПЦ и британская монархия связаны исторически. Принц Филип — грек по происхождению, его сын принц Чарльз на протяжении многих лет интересовался православием.

Но насколько я знаю, встреча с патриархом Кириллом не будет как-то особенно отличаться от встречи королевы с какими-то другими высокопоставленными религиозными лидерами.

«После раскола проиграли все»

— А какая обстановка царит сейчас в среде православных прихожан в Великобритании? Ведь в начале 2000-х годов Сурожскую епархию сотрясали скандалы.

— Да, эти события имели место. И одной из целей этого визита, я думаю, является закрепление нынешнего положения дел. Глава и создатель Сурожской епархии Антоний Блум был очень харизматичным и талантливым лидером. При нем епархия была автономной. После падения железного занавеса и смерти Антония Москва постаралась установить контроль над епархией.

Часть верующих во главе с епископом Василием тогда откололась и решила перейти в Константинопольский патриархат. Противостояние было долгим и непростым.

Но в итоге Москве удалось установить контроль над большинством русских православных церквей в Великобритании. В этом смысле визит патриарха очень символичен.

Он посещает главный русский православный собор в Лондоне, собор, принадлежащий Русской православной церкви за рубежом, и могилу Антония Блума. Этим он подчеркивает, что есть преемственность, и что наследие Блума сохраняют и развивают именно те, кто решил остаться с Московским патриархатом.

— Можно ли сказать, что Москва фактически взяла верх в этом споре?

— Зависит от того, как смотреть на ситуацию. Я думаю, обе стороны сказали бы, что в этом противостоянии есть только пострадавшие. Да, на практике Москва выиграла большинство судебных дел и контролирует все церковное имущество. С другой стороны, раньше это была очень многокультурная паства, которая успешно интегрировала в себя англоговорящих православных верующих. Но в результате конфликта ранее процветавшая паства разделилась.

«Приходили люди, которые просто влюбились в Россию»

— Сурожская епархия всегда славилась большим количеством англоговорящих прихожан. Людей, которые именно перешли в православие из других конфессий. Откуда это взялось?

— Многие англоговорящие люди, перешедшие в православие, решали примкнуть именно к русской традиции по ряду причин. Во многом это происходило потому, что греческая православная церковь в Великобритании в основном ориентирована на эмигрантов из Греции и Кипра, на тех, кто говорит по-гречески.

А вот митрополит Антоний Блум, напротив, очень хотел донести свое послание до людей, не говорящих на русском. И он прикладывал для этого большие усилия: публиковал книги, выступал с проповедями, общался с прихожанами — и все это на английском.

Он хотел, чтобы в его церковь приходили и люди, которые просто влюбились в Россию и в православие. И многие прислушивались к нему. Антоний стал настоящим центром притяжения в Лондоне. И, конечно, нужно учитывать, что до падения «железного занавеса» в Англии было не так много русскоговорящих, как сейчас.

И большинство из них были потомками эмигрантов начала 20 века. А постсоветская волна эмиграции из России сильно изменила демографический состав прихожан православных храмов.

Сирия и ЛГБТ

— Каких итогов стоит ждать от визита?

— Патриарх Кирилл всегда имел тесные связи с Великобританией. Он не раз бывал здесь до избрания на пост предстоятеля РПЦ. И он всегда отправлял своих ближайших помощников учиться в Великобританию.

Целая группа российских священнослужителей, включая митрополита Иллариона, закончила Оксфордский университет. Еще одна группа отучилась в Даремском университете. И он их часто посещал. Патриарх Кирилл хорошо говорит по-английски. Так что он явно не чувствует себя в Британии чужим.

Отношения между РПЦ и Англиканской церковью в последнее время были прохладными. Патриарх Кирилл и РПЦ сделали ряд острых заявлений по теме гомосексуализма. Несколько лет назад на одной из встреч митрополит Илларион заявил, что у диалога РПЦ и Англиканской церкви нет будущего, потому что в Великобритании разрешили однополые браки.

Я не думаю, что эта тема получит какое-то развитие в ходе этого визита. Гораздо интереснее и важнее, как пойдет беседа о войне в Сирии. Архиепископ Уэлби назвал войну против «Исламского государства» справедливой. А патриарх Кирилл несколько раз на различных мероприятиях называл военную операцию России в Сирии частью более глобального противостояния терроризму в мире. И он называл эту войну священной.

В этой связи будет очень интересно, какое заявление они в итоге сделают по ситуации на Ближнем Востоке. Я не удивлюсь, если Россия попытается использовать этот визит, чтобы изменить общий тон риторики о ситуации в Сирии. Например, обратить внимание на расправы над христианами, поговорить об усилиях Запада и России в противостоянии терроризму.