Избрание Эммануэля Макрона на пост президента Франции встретило несколько менее восторженную реакцию, чем со стороны Сильви Гулар, либерального французского политика Европейского парламента и союзника новоиспеченного 39-летнего главы государства. «Наконец-то! Наконец-то, Европа и Франция примирились! — восхищалась Гулар. — Какой символ: ориентированный на будущее молодой президент входит в Лувр французских королей под звуки гимна Европы».


В Польше официальная реакция была явно не столь теплой. В письме г-ну Макрону президент Анджей Дуда выразил надежду на то, что франко-польский диалог будет «строиться на принципах взаимного уважения равноправных государств и свободных народов». Меньше, чем неделей ранее, г-н Дуда, выступая на польском телевидении, в еще более холодной манере заявил, что Макрону в случае победы придется потрудиться, чтобы вернуть доверие Польши к Франции.


Контраст между той теплотой, с которой западная Европа восприняла победу г-на Макрона, и более сдержанной реакцией в странах центральной и восточной Европы подчеркивает растущий разрыв между многими из давних стран-членов ЕС на западе и новыми на востоке.


Линии, которая разделяла бы Европу пополам, конечно, не существует, но конфликтующие национальные интересы, ценности и видения будущего создают опасность того, что некоторые страны каждой из сторон будут дрейфовать в противоположных направлениях, ставя под угрозу единство Евросоюза в долгосрочной перспективе.


Трения между западной и восточной Европой являются частью двух новых тенденций, беспокоящих европейских политиков, которые до сих пор аппелируют к «единой и свободной Европе», намеченной экс-президентом США Джорджем Бушем-старшим в мае 1989 года, когда холодная война подошла к концу.


Мятежник внутри ЕС: 1. Виктор Орбан


Консервативный националист Виктор Орбан служит премьер-министром Венгрии с 2010 года и является тем человеком, который провозгласил создание первой в ЕС «нелиберальной демократии». Брюссель раскритиковал его за политику принятия крутых мер против судов, СМИ, научных кругов и гражданского общества.


Другая тенденция касается Албании, Македонии, Сербии и других Балканских стран, стремящихся к членству в ЕС. Данная перспектива по-прежнему недосягаема для них из-за растущего списка всевозможных бед, включая местами ожесточенную этническую напряженность, политическую нестабильность, слабость государственной администрации, уязвимость экономики, коррупцию и организованную преступность.


Лишь немногие эксперты по Балканам верят в возможность повторения в ближайшее время войн 1990-х годов в бывшей Югославии. Тем не менее, сотрудник университета Северной Каролины Димитар Бечев предупреждает, что проблемы могут возникнуть в связи с «растущим на Западе разочарованием в этом регионе, вкупе с его застойными явлениями и отступлением демократии». Такое развитие событий, если ничего не предпринять, может приговорить Балканские государства к отрезанному от внешнего мира существованию за пределами ЕС, сделав их жертвами российского влияния и заманив в националистические проекты, направленные на передел границ.


Сомнения о вступлении


Сгущающиеся над Балканами тучи и различия между западной и восточной частями ЕС — связанные между собой явления. Каждое из них отражает разочарование западноевропейских политических элит практически парализованным процессом интеграции в ЕС в течение последних 10 лет. Западники, склонные обвинять в этом предполагаемых возмутителей спокойствия и отстающих среди восточных государств ЕС, демонстрируют нежелание уладить свои трудности за счет ускорения членства в организации государств-кандидатов из юго-восточной Европы.


Мятежник внутри ЕС: 2. Ярослав Качиньский


Бывший премьер-министр, 67-летний лидер правящей в Польше партии «Закон и справедливость», является движущей силой в процессе возрождения в своей стране правых сил. Его политическое мировоззрение сочетает в себе традиционные католические ценности, евроскептицизм и недоверие к Германии и России.


Керсти Кальюлайд — президент Эстонии, которая в июле возьмет на себя шестимесячное председательство в ЕС — является одним из тех людей в странах бывшего Советского Союза, которые стремятся поддерживать единство ЕС и считают расширение на восток историческим успехом. «Все те, кто присоединился, стали более состоятельными, как и почти все первоначальные государства-члены», — сказала она в интервью Financial Times.


В ходе президентских выборов во Франции Макрон продвигал резко проевропейскую платформу, но на поверхность всплыла также и внутренняя напряженность внутри ЕС.


Консервативное националистическое правительство Польши было возмущено, когда Макрон критиковал его приверженность стандартам демократии и верховенства права ЕС. Он даже сравнил де-факто лидера Польши Ярослава Качиньского с авторитарным президентом Владимиром Путиным — костью в горле для большинства поляков.


Г-н Макрон клялся предпринять всеевропейские карательные меры в отношении Польши и Венгрии в течение трех месяцев после вступления в должность. Правительство Виктора Орбана — премьер-министра, который гордится созданием «нелиберальной демократии» в Венгрии — вызвало шквал негодования со стороны Макрона и других западных европейцев, поскольку приняло закон, угрожавший закрыть Центрально-Европейский университет в Будапеште — оплот областной академической независимости.


Объединяющая сила: Керсти Кальюлайд


Бывший член Европейской счетной палаты Керсти Кальюлайд стала президентом Эстонии в октябре 2016 года. Сознавая, что ее маленькая страна граничит с Россией, Кальюлайд подчеркивает необходимость единства ЕС и НАТО в качестве гарантии независимости Эстонии.


Томас Норд, депутат Бундестага и председатель немецко-польской парламентской группы, настаивает, что предупреждение Макрона о санкциях ЕС оснований, вероятно, не имеет. «Все, что можно сделать в соответствии с договорами ЕС — это приостановить право голоса страны, но это будет сродни сбросу атомной бомбы. И как этот шаг отразиться на националистах? Он может возыметь обратный эффект и пойти им на пользу», — сказал он корреспонденту Financial Times.


Другие политики в Берлине говорят, что Германия, несмотря на всю вызванную поведением правительства Варшавы тревогу, постарается не наказывать Польшу. Спустя более 70 лет после зверств фашистов во время Второй мировой войны, современное немецкое руководство все еще чувствует моральную ответственность по отношению к польскому народу. Кроме того, будучи крупнейшим восточноевропейским соседом Германии и якорем центральной и восточной Европы, Польша заслуживает терпения и понимания со стороны немцев.


Но Макрон говорил о повсеместном нетерпении со стороны Бельгии, Франции и их единомышленников среди западных стран по отношению к восточным, таким как Болгария, Венгрия, Польша и Румыния. Последнюю группу запад в той или иной степени обвиняет в том, что они балуются популистским национализмом, относятся к основным ценностям ЕС с высокомерием, пронизаны коррупцией и предлагают минимальное сотрудничество по проблемам беженцев и мигрантов в Европе. Премьер бельгийского региона Валлония Пол Маньет затронул этот вопрос в феврале, когда потребовал, чтобы вслед за Британией из Евросоюза вышли Польша, Венгрия, Румыния и Болгария.


Страх перед «двухъярусным» ЕС


Хватаясь за возможность, предоставленную победой горячего сторонника Евросоюза г-на Макрона, возглавляемая западом группа государств, возможно, уже готовится к всплеску интеграции между собой. Они не остановятся, даже если большинство бывших коммунистических стран, вошедших в ЕС между 2004 и 2013 годами, откажутся к ним присоединиться. Основания для такого шага были изложены в недавно представленной Еврокомиссией «Белой книге», где предлагается сделать оборону, внутреннюю безопасность, налогообложение и социальную политику сферами, в которых страны при желании могут сотрудничать более тесно.


Сербский сторонник жесткой политики: Александр Вучич


Избранный в прошлом месяце президентом Сербии Александр Вучич является бывшим радикальным националистом, который с тех пор неоднократно выражал сожаление в связи с военными преступлениями боснийских сербов. Вучич часто разыгрывает российскую карту на пути к членству Сербии в ЕС.


Однако более амбициозные идеи, такие как призыв Макрона к назначению министра финансов еврозоны, могут оказаться на данный момент пустыми фантазиями. Девятого мая — в день Европы — председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер заметил, что межгосударственный министр финансов может завести блок в опасные воды, поскольку предложение касается деликатных вопросов национальных бюджетов, демократии и прозрачности.


Он мог бы добавить, что немецкая поддержка таких французских инициатив будет зависеть от успеха господина Макрона в реализации своих предвыборных обещаний относительно принятия мер в интересах деловых кругов, реформ рынка труда и модернизации государственного сектора. А бывший президент ЕС Херман Ван Ромпей говорит, что в случае успехов Макрона Германия должна заняться разработкой совместных планов после парламентских выборов в сентябре.


Ван Ромпей выступает за франко-немецкие действия в отношении более широких возможностей для государственных инвестиций и социальных расходов в обмен на более строгое применение налоговых правил по другим статьям расходов. Со стороны не входящих в еврозону столиц даже такие ограниченные инициативы, направленные на укрепление еврозоны, содержат потенциальную возможность отделения западной Европы от большей части восточной — тем более, что выход Великобритании из ЕС лишит не входящие в еврозону страны их сильнейшего представителя.


Страх создания «двухъярусного» ЕС объясняет мартовскую встречу лидеров «Вишеградской четверки» — Чехии, Венгрии, Польши и Словакии — с требованием «справедливого обращения» со всеми государствами-членами. Они также предостерегли против «дискриминации, основанной на валюте» и предложили поднять уровень национального контроля над политическими и законодательными процессами Евросоюза. Однако спустя всего четыре дня после саммита «Вишеградской группы», лидеры Франции, Германии, Италии и Испании одобрили концепцию «многоскоростной» Европы.


Бывший боевик: Хашим Тачи


Бывший командир партизанской организации и премьер-министр Хашим Тачи в прошлом году был избран парламентом на пост президента республики Косово. Он предупредил, что отказ принять Косово в ЕС станет очередным шагом на пути к созданию так называемой «Великой Албании».


«Нужна Европа разных скоростей, в противном случае мы, возможно, застрянем, — заявила канцлер Германии Ангела Меркель на встрече в Версале. — Если Европа застрянет и перестанет развиваться, то все усилия на благо мира могут столкнуться с опасностью быстрее, чем можно себе представить.»


Польша, которая станет пятым по величине государством ЕС после выхода Великобритании, блеснула отсутствием в Версале. Ее голос, тем не менее, весьма важен в вопросах европейской обороны. Как и другие страны центральной и восточной Европы, томившиеся когда-то под властью Москвы, а теперь входящие в НАТО, Польша не спешит выбраться из-под американского «зонтика безопасности» ради каких-то туманных западноевропейский идеалов самодостаточности в вопросах обороны.


«Будет нелегко пересмотреть военные приоритеты ЕС. Некоторые страны Европы, а именно восточные, в действительности более лояльны Вашингтону, чем Брюсселю», — пишет корреспондент по делам Европы Беда Романо.


Поддержка членства


На Балканах существенным вопросом является то, насколько сильна жажда западноевропейских столиц к новому раунду расширения ЕС, а также будущее юго-восточной Европы, если выяснится, что расширение закончилось в 2013 году принятием Хорватии. В регионе, простиравшемся когда-то за пределы османо-габсбургских границ, опасность для государств на стороне бывшей Османской империи заключается в том, что бессрочное откладывание вступления в ЕС вызовет спад общественной поддержки членства в нем, разрушение и без того хрупких демократических институтов и усиление политической напряженности — как в случае с Турцией.


Для балканских государств ЕС поддерживает формальные процедуры вступления. Черногория открыла 26 из 35 необходимых для получения права на вступление в блок «глав», или направлений политики. Но выполнила только два. Год назад вступило в силу Соглашение об ассоциации ЕС с Косово, открыв бывшей сербской провинции путь к членству в союзе. Вступить в ЕС республика, однако, не может, пока правительства стран блока не добьются ее полного примирения с Сербией. Более того, пять государств Евросоюза отказываются признавать Косово суверенным государством даже теперь, спустя девять лет после провозглашения независимости.


Ключевым государством в регионе является Сербия, где 2го апреля на пост президента был избран Александр Вучич. ЕС, кажется, считает г-на Вучича эффективным и харизматичным лидером, который заслуживает поддержки за свою искренность в отношении европейского будущего Сербии и стремление ограничить влияние России на Балканах.


«Сербия на пути к вступлению в ЕС», — говорит один из ведущих членов Европарламента Дэвид Макаллистер.


Если это так, то путь будет тернистым и бессрочным. Для Боснии и Герцеговины он обещает быть еще длиннее, поскольку в этом слабом государстве слои господствующего класса этнической враждой манипулируют так же искусно, как и их предшественники поколение назад.


Балканские проблемы не утихают, а в западной Европе избрание г-на Макрона возродило надежду на светлое будущее. Но современная европейская история преподает жестокие уроки. В феврале 1992 года лидеры ЕС подписали Маастрихтский договор, положив оптимистичное начало тому, что считали следующим большим шагом в направлении европейского единства. А в апреле того же года разразилась Боснийская война, унесшая более 100 тысяч жизней.