В одном из редких публичных выступлений Клинтон объяснила свое неожиданное поражение на выборах 2016 года вмешательством русских хакеров и действиями директора ФБР Джеймса Коми на финишной прямой избирательной кампании.


«Если бы выборы состоялись 27 октября, вашим президентом стала бы я», — сказала Клинтон ведущей CNN Кристиан Аманпур (Christiane Amanpour) на международной женской конференции в Нью-Йорке, где та выступала в качестве модератора.


Клинтон заявила, что несет «абсолютную персональную ответственность» за неудачную попытку попасть в Белый дом. Однако бывший кандидат от демократов отказалась признавать недостатки своей стратегии и своих посланий, а также собственную слабость в ходе кампании и неспособность своих советников сначала понять, а потом отреагировать на раздражение широких масс электората.


Вместо этого Клинтон объяснила свое поражение действиями внешних сил, сказав, среди прочего, что она стала жертвой женоненавистничества и «фальшивой равноценности», которой отличаются новостные СМИ.


Клинтон заявила, что уверенно шла к победе, пока не произошли два события, которые остановили ее движение вперед. Речь идет о публикации электронных писем председателя ее штаба Джона Подесты, которые были якобы украдены русскими хакерами, а также о письме Коми от 28 октября в конгресс, в котором он сообщил, что ФБР возобновляет расследование в отношении Клинтон по факту использования частного почтового сервера.


«Я была на пути к победе, пока 28 октября не появилось это письмо Джима Коми, а русская WikiLeaks не посеяла сомнения в умах тех людей, которые были склонны голосовать за меня, но испугались. Мне кажется, доказательств такого вмешательства предостаточно, и они неопровержимы и убедительны», — сказала Клинтон.


6 ноября, когда до выборов оставалось два дня, Коми снова написал в конгресс и заявил, что ФБР не нашло новых улик, способных изменить его заключение о том, что Клинтон не следует предъявлять обвинение в совершении преступления.


Клинтон рассказала о «беспрецедентном вмешательстве, в том числе, со стороны иностранной державы, чей лидер не является членом моего фан-клуба», имея в виду российского президента Владимира Путина, с которым она ссорилась в свою бытность госсекретарем.


Когда Аманпур спросила, сыграло ли женоненавистничество какую-то роль в ее поражении как первой женщины, ставшей кандидатом в президенты, Клинтон ответила: «Да, я думаю, это сыграло свою роль». Она добавила, что мужской шовинизм — это «неотъемлемая часть политического, общественного и экономического климата».


Аманпур попыталась призвать Клинтон к самоанализу.


«У него, у вашего оппонента, было одно послание, ставшее весьма успешным: „Сделаем Америку снова великой", — сказала она о Трампе. — Каково было ваше послание? Вы можете взять на себя хоть какую-то персональную ответственность?»


«Я несу абсолютную персональную ответственность, — ответила Клинтон. — Я была кандидатом. Я была тем человеком, которого включили в избирательный бюллетень».


Однако сразу после этого Клинтон возложила вину за свое поражение на Коми и на русских хакеров, якобы взломавших почту Подесты. «Там было много нечистых дел», — сказала она.


Клинтон пообещала, что изложит свои ошибки в книге, которую собирается опубликовать. «Вы прочитаете мое признание и мою просьбу об отпущении грехов», — добавила она с ноткой сарказма.


Стратег из Демократической партии Роберт Шрум (Robert Shrum), дававший советы двум проигравшим кандидатам в президенты Элу Гору и Джону Керри, заявил, что анализируя свое поражение, Клинтон не придает особого значения собственным провалам и недостаткам, особенно в экономической программе.


«Я в определенной степени ей сочувствую, но нельзя же обвинять в случившемся с тобой всех, кроме себя, — сказал Шрум. — Доверие к себе и авторитет она могла бы завоевать такими словами: „Случившееся со мной причиняет мне реальную боль, это могло стоить мне победы на выборах, но некоторые вещи я бы сейчас сделала иначе"».


Поражение с минимальным отрывом на президентских выборах — это очень болезненно, это настоящая травма для политика, который давно уже стремится занять данный пост. После поражения в 2000 году Гор отрастил бороду и набрал вес. После проигрыша в ходе кампании 2012 года республиканец Митт Ромни уединился в Ла-Холье, штат Калифорния. Его видели там, когда он сам заливал бензин в бак своего автомобиля, а волосы как-то неестественно свисали у него со лба.


«Когда кандидат в президенты проигрывает, он обычно впадает в глубокую депрессию, — сказал историк Дуглас Бринкли (Douglas Brinkley), изучающий президентские кампании. — Его поглощают мысли о допущенных персональных ошибках, но зачастую проигравший пытается обвинить во всем какие-то мощные внешние силы, лишившие его этого приза».


По признанию самой Клинтон, она пережила то же самое. День за днем в социальных сетях появлялись ее фотографии с собаками, которых она выгуливала возле своего дома в Чапакве, штат Нью-Йорк. Во вторник Клинтон сказала, что она активно пишет мемуары, которые должны выйти этой осенью. Она назвала эту работу «мучительным катарсисом».


«Как вы можете догадаться, это болезненный процесс — заново пережить всю кампанию», — сказала она.


С момента выборов прошло уже полгода, и Клинтон снова вышла на общественную арену. Она хочет быть услышанной и оставаться нужной, хотя Демократическая партия уже перевернула страницу клинтоновской эпохи и ищет новых фигур, которые могли бы возглавить ее и вывести из политического забвения.


«Я снова стала активной гражданкой и участницей сопротивления», — заявила Клинтон.


Некоторые демократы предпочли бы сами возглавить сопротивление.


«Она — по-прежнему важная фигура, но сегодня мы сосредоточились на новых сражениях, — сказал член палаты представителей демократ из Мичигана Дэниел Килди (Daniel Kildee). — Не думаю, что повторное оспаривание прошедшей гонки является продуктивным. Я каждое утро встаю и понимаю: мне надо смириться с тем, что президент США — Дональд Трамп».


Однако член палаты представителей демократ Кит Эллисон (Keith Ellison), который был одним из немногих сторонников главного соперника Клинтон Берни Сандерса, сказал, что освободившись от роли кандидата в президенты, она может заставить избирателей услышать себя по-новому.


«Может быть, сейчас она может говорить более открыто, — заявил Эллисон. — Мне кажется, книга стала для нее хорошим занятием, она придает ей новую энергию».


Во время 35-минутного диалога с Аманпур Клинтон повторяла знакомые темы и сюжетные линии из своей кампании. Она говорила о необходимости поддержать устремления женщин и девушек, а также высказала свое мнение о ядерных амбициях Северной Кореи.


«Это одна из самых неприятных проблем, — отметила Клинтон. — Нужны усилия в масштабах региона, чтобы дать северокорейскому режиму понять, что если он продолжит свою безрассудную политику по созданию ядерного оружия, ему придется заплатить гораздо более высокую цену, особенно Китаю».


Во время интервью Клинтон несколько раз прошлась по Трампу, не оставив ни тени сомнений в своем неодобрительном отношении к его политике и личному поведению. Она заявила, что Трампу следует писать в Twitter больше о ней, чем об иностранных делах: «Я была бы счастлива внести разнообразие».


«Ему надо меньше беспокоиться о выборах и о том, что я выиграла всенародное голосование, и больше думать о других вещах, которые по-настоящему важны для страны», — сказала Клинтон.


Она поспешила опровергнуть регулярные заявления Трампа о своей «исторической» победе на выборах, на которых он получил большинство голосов от выборщиков, но проиграл всенародное голосование.


«Помните, — сказала Клинтон, — я получила на три миллиона больше голосов, чем мой оппонент».


Статья подготовлена при участии Дэвида Уайгела (David Weigel) и Аарона Блейка (Aaron Blake).