Торговая блокада «Л/ДНР», раскритикованная на Печерских холмах и в Европе, неожиданно приобрела официальный статус. И пока первые лица думают, как будут объяснять такое изменение собственной позиции, УНИАН поинтересовался, как относятся к блокаде жители временно оккупированных территорий Донбасса.


Блокаду «Л/ДНР» за последний месяц на Грушевского, на Банковой и в Европе не критиковал только ленивый. Но 15 марта, после соответствующего решения Совета национальной безопасности и обороны, блокада приобрела государственный статус. Теперь обеспечивать ее будут силы МВД, Нацполиции и Нацгвардии при участии СБУ.


Однако, по словам секретаря СНБО Александра Турчинова, активная общественность также может приобщиться к этому процессу. «Но это касается не судимых, не провокаторов, а тех, кто реально хочет помочь государству», — отметил он.


А пока в парламенте, правительстве или в удобных креслах телестудий снова, но уже в новом контексте, заговорят о целях блокады, начнут подсчитывать, кому она выгодна, а кто понесет убытки, будут рассуждать о разных сортах угля и размышлять, кто и как должен модернизировать украинские ТЭС, чтобы они стали независимыми от безальтернативного антрацита, УНИАН изучил вопрос, как воспринимают блокаду проукраинские жители временно оккупированных территорий (общение происходило через интернет с реальными жителями зоны АТО, в целях безопасности этих людей мы не называем их имена целиком).


Заложники обстоятельств


Согласно решению СНБО, временный запрет на перемещение товаров через линию разграничения в зоне АТО будет действовать до тех пор, пока не будут выполнены несколько пунктов Минских соглашений (о прекращении огня, отводе тяжелых вооружений и полном освобождении заложников), а также до возврата под контроль Украины «национализированных» боевиками предприятий.


Напомним, что одним из результатов (ожидаемых или нет — не суть) блокады, еще до объявления ее официальной, стала остановка шахт и заводов, которые, как это для кого-то не прозвучит парадоксальным, продолжали работать на подконтрольных боевикам территориях. Боевики объявили об их «национализации» якобы в ответ на блокаду. Если говорить точнее, они сообщили, что на этих предприятиях будет введено «временное внешнее управление», производственные процессы будут перестроены и переориентированы на рынки России.


Работники таких «национализированных» (или проще — отжатых) предприятий новым «перспективам» не обрадовались. По словам жителя оккупированного Тореза Михаила, местные шахтеры не хотят работать на «республиканскую власть»: «Людям сказали, что зарплаты в рубль переведут и урежут, кто будет таким доволен?» «Орки все равно остаются при деньгах, а металлурги из-за блокады страдают», — говорит житель Енакиево Евгений.


Конечно, СКМ (крупнейший владелец промышленных предприятий в оккупированной зоне) Рината Ахметова сделал заявление, что «постарается сделать все возможное», чтобы не оставить своих сотрудников с захваченных террористами территорий в беде. Мол, предложим возможность перевода и трудоустройства на других предприятиях компании. Но это сообщение не вызвало особой радости у самих сотрудников. «Кому предложили трудоустройство на других предприятиях компании? Высшему звену? А на остальных — плевать», — возмущается еще один житель Тореза Дмитрий.


Впрочем, если для работников некоторых шахт и заводов остается перспектива получать хотя бы небольшую пайку, то кому-то на работе можно и вовсе ставить крест. В частности, из-за затопления шахт после их остановки. По словам донецкого блогера, известного в социальных сетях под псевдонимом «Станислав Васин», на шахтах, где остановлено производство и не выкачивается вода, говорить о возможности возобновления работы не имеет смысла. «Если шахта будет затоплена, никто уже на нее работать не вернется», — отмечает он.


Знакомый блогера, будучи добытчиком в семье, работал как раз на одной из таких шахт. Сегодня у шахтера — нулевой доход и он подумывает уехать из «республики» (пока сохранялась вероятность заработка, увезти жену и ребенка из родного дома он не решался). «К сожалению, выехать не так просто, как кому-то может показаться, — рассказывает Васин. — У него здесь жена, маленький ребенок ходит в школу. Без них он не поедет, а, чтобы выехать, нужно как-то продать дом, выдернуть ребенка из учебного процесса, жена должна уволиться… И ехать им придется в полную неизвестность».


Таких «пленников обстоятельств» в «Л/ДНР» немало. Мирные жители, которые, по тем или иным причинам, остались жить в оккупации, рассказывают, как блокада ухудшила и так несладкую для них ситуацию — в магазинах сильно взлетели цены, а ездить за продуктами на подконтрольную Украине территорию тоже непросто. Иван остался в Донецке присматривать за стариками-родителями (они не готовы бросить дом, на который всю жизнь копили и строили). Мужчина считает, что блокада приводит только к обозлению местного населения. «Большинство и так разочаровано. Многие уже не ждут, что нас освободят, а тут еще и блокада… России мы не нужны, и Украине, судя по всему, тоже», — сетует он.


Как подтверждение его слов — мнение Анны из Горловки. Правда, женщина поддерживает блокаду со стороны Украины — но, с тем, что, по ее словам, это поможет быстрее решить, что делать с Донбассом. «Надоел этот хаос. Нет худа без добра, возможно, Россия заберет нас в свой состав, как Крым», — размышляет она.


Последние новости от СНБО не уменьшают скептического отношения жителей временно оккупированного Донбасса к блокаде. Разочаровавшись в том, как она реализовывалась до сегодняшнего дня, мало кто верит, что государственный статус что-либо глобально изменит. Так, по словам еще одного донецкого блогера, за все время блокады активисты не задержали ни одной фуры с контрабандой. И теперь, по его мнению, на контрабанде также продолжат зарабатывать. «Провести куб контрабанды стоит 15 тысяч гривен. В одной фуре, минимум, 40 кубов, а таких фур проезжает в город [Донецк] 100-150 штук в день. Поэтому мне слабо верится в то, что отдадут такое бабло, тем более, это кэш», — говорит он.


Спекуляции на страхе


И хотя украинцы с оккупированных территорий часто критикуют действия как активистов, так и украинских властей, связь с Украиной, где остались родственники, близкие, друзья, потерять боятся. Яркой иллюстрацией того, как жители Донбасса не готовы, по примеру нынешних «руководителей Л/ДНР», «рубить все связи» стала история с захватом оккупантами мобильного оператора «Лайфсел» и компании «Укртелеком». После «национализации» и заявления Захарченко, что на территории «республики» будет работать только местная мобильная связь «Феникс», в местные отделения связи было невозможно попасть.


По словам Станислава Васина, в очереди за стартовыми пакетами «Феникса» несколько дней стояли сотни человек — люди боялись остаться без связи. «Сегодня ажиотаж немного спал, у людей есть эти карты, но поскольку «МТС-Украина» и дальше продолжает работать (это единственный украинский мобильный оператор, который еще работает на территории «Л/ДНР», — прим. ред.) — не особо спешат переходить на эту сеть», — подчеркивает блогер.


К слову, как долго жители оккупированных территорий смогут пользоваться карточками МТС — не скажет никто. В пресс-службе мобильного оператора УНИАН сообщили, что на временно оккупированной части Донбасса сеть работает в автономном режиме. И если какому-нибудь Захарченко или кому-то другому все-таки придет в голову «отрубить связи с Украиной», то помешать этому никто не сможет — у сотрудников МТС, по словам представителей компании, нет доступа к обслуживанию и ремонту оборудования на неподконтрольных территориях, а с «Фениксом» украинские операторы «взаимосоединяться» не будут.


Зато «руководители республик» используют эту ситуацию в частности и блокаду в целом, чтобы лишний раз напомнить жителям оккупированного Донбасса: «yf Украине вас никто не ждет». «Блокада отдаляет от Украины ежесекундно под вой боевиков: «Вот видите, как к вам относятся! Они хотят, чтобы вы сдохли. И так будет всегда!», — рассказывает жительница Донецка Лариса. По ее словам, наличие блокады и отсутствие налаженной коммуникации по линии «государство Украина — граждане Украины на неподконтрольных территориях», приводит к тому, что в оккупации создается впечатление: для Украины на Донбассе нет простых людей, есть только боевики.


Кстати, такого же мнения придерживаются в профильном министерстве. По словам министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Вадима Черныша, блокада отдаляет как людей, которые проживают на временно оккупированных территориях, так и сами территории — от всей Украины.


«Потерпеть ради победы»


Впрочем, некоторые жители временно оккупированных территорий находят и хорошее в прекращении торговых отношений. «Я вижу в блокаде и плюсы, но только от Украины зависит, как она ими воспользуется. Может быть, блокада поспособствует отказу от угольной иглы, которой, как и газовой, пользуется Россия для влияния на политику на Украине», — говорит луганчанин Сергей.


Однако, большинство проукраинских жителей временно оккупированного Донбасса отмечают, что блокаду нужно реализовывать по-другому. Одним только государственным статусом ни социальных бунтов людей в оккупации, ни возвращения отжатых предприятий, ни освобождения региона не добьешься.


В первую очередь, речь идет об установлении действительно полноценного контроля на всех интересных для контрабандистов дорожных развязках (тем более, местные хорошо знают, где именно и как именно в «Л/ДНР» и обратно на Украину перемещаются запрещенные товары). Также очень важна грамотная информационная поддержка блокады.


По мнению одного донецкого блогера, адекватные медиаресурсы должны объяснять жителям в оккупации, что блокада нужна для победы Украины. «Продайте сначала людям идею, что блокада — это вынужденная мера. Потерпите, мы вас не бросаем и не бросим, орки свалят, мы победим. Люди здесь готовы к тому, чтобы даже город снесли к чертям, лишь бы русье ушло. Они готовы к этому с 2014-го. Мое личное мнение, ради освобождения нужно воевать, а не блокировать. Но это мнение человека с «донецкой кухни», на роль всезнайки не претендую», — подчеркивает блогер.


О своей готовности «потерпеть ради победы» заявляют и другие патриоты в оккупации. Станислав Васин рассказывает, что большинство даже готовы к 100% блокаде, вплоть до закрытия контрольно-пропускных пунктов въезда-выезда. Житель Ровенек Игорь так и говорит: «Я мог бы понять и принять блокаду на государственном уровне против России как агрессора. А вообще, жду, когда нас освободят, если блокада сможет ускорить этот процесс, то я готов потерпеть».


Что ж, теперь блокада — государственная. Официальная на самом, что ни на есть, высоком уровне. Поэтому, как говорится, власти и карты в руки. Главное — не проиграть теперь своих сограждан.