25 января в Литву прибыл первый батальон, отправленный НАТО в Восточную Европу для защиты границы между этим прибалтийским государством и Россией. Речь идет о сокращенном контингенте, насчитывающем не более 100 человек из бельгийской армии и 50 единиц бронетехники. Это только одно из четырех подразделений, которые Cевероатлантический альянс решил отправить также в Латвию и Польшу после проходившего в Варшаве в июле 2016 года саммита. В целом НАТО планирует разместить на границе 4 тысячи военных.


Решение отдать приоритет Литве не случайно. К польской границе примыкает российский анклав Калининград, небольшой город, который населяют едва ли полмиллиона жителей, перешедший после Второй мировой войны из-под контроля Германии (в то время он назывался Кенигсберг) к СССР. НАТО и Литву беспокоит так называемая линия Сувалки, путь длиной менее 100 километров, который вдоль границы с Польшей соединяет Калининград с Белоруссией, одним из основных союзников Москвы. Безопасность этого узкого коридора вызывает большое беспокойство Атлантического альянса, Литвы и Польши, потому что вдоль линии Сувалки проходит единственная граница, разделяющая страны Балтии от остальных стран НАТО.


Страны Западной Европы больше всего опасаются возможности повторения Россией того, что она проделала в Крыму в 2014 году, когда ее военные в форме без шевронов и опознавательных знаков (в Восточной Европе их называют «зелеными человечками») проникли на территорию полуострова, то есть новой аннексии. После вторжения на восток Украины страны Балтии и Финляндия стали объектами провокаций со стороны России, как, например, когда в 2014 году Москва арестовала чиновника секретных служб Эстонии, или когда ВМФ Финляндии зафиксировал движение российских подводных лодок в своих территориальных водах.


Синдром окружения, вызванный украинскими событиями, привел к тому, что Литва объявила 17 января о намерении построить стену, которая будет отделять ее от Калининграда вдоль стороны, которая не защищена никакими естественными барьерами. Этот проект предусматривает создание преграды длиной 130 километров и высотой в два метра. Она протянется от озера Виштитис до реки Неман на севере.


Министр внутренних дел Литвы Эймутис Мисюнас (Eimutis Misiunas) сказал, что из предусмотренного на строительство ограждения бюджета в 30 миллионов евро вклад Литвы составит только 3,6 миллиона евро, в то время как остальную часть финансирования возьмет на себя Европейский союз. Брюссель уже выделил 25 миллионов евро на организацию безопасности другой уязвимой границы, с Белоруссией. В обоих случаях ЕС оправдывает траты, называя их вкладом в борьбу Европы с контрабандой, однако стратегическая цель проекта вырисовывается вполне отчетливо: отвратить новые угрозы и провокации со стороны России в Восточной Европе. Эстония и Латвия также рассматривают проект по воздвижению своих преград.


Калининград, однако, — не Украина. В ходе своей истории эта небольшая российская территория объединила культуру Запада и Востока, и Владимиру Путину было бы гораздо сложнее отстоять предполагаемую эксклюзивную связь между эксклавом и Россией. Кроме того в последние годы у его жителей было множество причин критиковать политику Путина. Помимо неприятия любой формы наращивания сил, которое является основой путинской политики, начиная с 2014 года Калининград особенно сильно пострадал от наложенного Москвой эмбарго на ввоз европейских продуктов, будучи их крупным импортером. Возможно, по этим причинам губернатор Калининграда Антон Алиханов пытался минимизировать политическое значение проекта по воздвижению стены с Вильнюсом: «Если Литве будут нужны кирпичи, мы можем ей помочь», — сказал он.